2 марта 2014, 12:00
Рецензия на asfera.info. Апокалипсис наших дней

Упомянуты:

Спустя 15 лет после начала съемок, довольно широким прокатом вышел последний фильм выдающегося русского режиссера Алексея Германа "Трудно быть богом", который смело можно назвать главным произведением искусства в российском кино последних лет.

На планете, живущей в Средневековье и отстающей в развитии от Земли на восемь веков, работают наблюдатели-земляне, которые пытаются бережно подправлять ход событий, не нарушая логического развития истории. Предположив, что на планете вскоре начнется Возрождение, земляне забрасывают на нее отряд ученых-исследователей. Главный герой, дон Румата (Леонид Ярмольник), старается сохранить нейтралитет, тем не менее не выдерживает, когда в городе Арканаре захватывает власть "чёрное братство", свергнувшее господство "серых", столь же отвратительных, но не столь кровавых. Румата берётся за меч, чтобы покарать злодеев, и тем самым нарушает все правила и закономерности, вмешиваясь в чужой исторический процесс.

Говорить, а тем более писать про фильм Германа довольно сложно. Категории "хорошо" или "плохо" не подходят для его оценки. Одинаково имеют место обе характеристики. Сложнее другое – понять глубокомысленный смысл режиссера, который Герман вложил в каждый кадр своей самой значимой работы жизни. Даже нобелевский лауреат по литературе, выдающийся итальянский публицист Умберто Эко, и тот сказал, что не понял фильм. А как поступить обычному зрителю, которому чужд сложный поэтический язык фильмов Германа? Хочется пройти мимо всех рассуждений и пересказа о том, что Герман снимал эту картину в течение 15 лет, и сам мастер год не дожил до премьеры. Умный зритель, разбирающийся в Стругацких и тем более в творчестве Алексея Юрьевича, не нуждаются в пересказе подобных очевидностей.

"Трудно быть богом" пример невероятного долгостроя, который на выходе получился нечто большим, чем простое фестивальное кино. Последняя работа Германа – настоящее произведение искусства, которое будет вызывать противоречивые чувства: от гнева до восхищения, но именно это отличает "Трудно быть богом" от остальных российских картин, вышедших в последнее время.

Конечно, черно-белый трехчасовой фильм практически с отсутствием сюжета (несмотря на литературный первоисточник) – настоящее испытание не только для зрителя, но и для всего российского кинематографа. Неизвестно, как фрустрированная, больная опухолью мозга субстанция, называемая в России кинобизнесом, воспримет это шедевр. Поэтому и подход к последнему фильму Германа нужен особый. Первая неделя проката даст ответы на многие вопросы, но уже сейчас понятно, что как все великое в искусстве, "Трудно быть богом" вещь не имманентная. Картина существует в другой системе координат: где-то между "Торжеством правды" Питера Брейгеля или "Криком" Эдварда Мунка. "Трудно быть богом" место в галерее, куда не забредет случайный зритель, и где искусство оценивают категориями искусства.

С первых кадров становится понятно, что перед нами почти документальное кино о жизни Средневековья – самого мрачного и страшного периода человеческой истории. В шлем Румата встроена скрытая камера – наш проводник в этом грязный, тесный и неуютный мир юродивых. Почти полное отсутствие профессиональных актеров служит усилением эффекта правдоподобности происходящего. Камера смотрит на героев, смотрит им в глаза. Нищета и убогость, тонны дерьма, грязи, кишок и прочей физиологии рисуют настоящий ад не на экране, а в жизни, вызывают отторжение и страдание у зрителей. "Трудно быть богом" подкупает своей натуралистичностью, и уже к 30 минуте ты не понимаешь, что находишься не по ту сторону экрана. Ты ощущаешь тесноту и отсутствие пространства. Его заполняют многочисленные обитатели планеты. Негде продохнуть. Даже огромный член осла и тот заполняет пространство кадра. И от этой неловкости некуда сбежать.

По сути, зритель и есть благородный дон Румата – бог, к которому постоянно обращаются жители Арканара. Каждому предоставлена такая возможность. Мы – зеркало, в котором видим отражение безнадежности всей человеческой истории (не случайно Румата у Стругацких был профессором истории), пусть она формально представлена в виде эпизода из жизни города на чужой планете. Радикализм Германа проявляется в его точном описании не только России, но и всего мира. Путешествие героя Ярмольника на чужую планету – это длинная дорога к поиску и обретению человека своей природной сути. Человек – не животное, он не может быть равнодушным и бездейственным, когда вокруг рушится мир. Румата такой же капитан Виллард из "Апокалипсиса сегодня" Фрэнсиса Форда Копполы, который пройдя длинный путь по джунглям Вьетнама, окончательно запутался и перестал осознавать происходящее. Румата в картине Германа лишь первую половину картины благородный Дон. Пропитавшись запахом экскрементов, он не только телом, но и душой становится частью чужой планеты. Поэтому финал "Трудно быть богом" кардинально отличается от литературного первоисточника. На смену любому убитому "черному" придет новый "черный", которому от природы необходимы рабы. Таково устройство мира. Будущее по Герману – непрерывное повторение прошлого. Замкнутый круг, словно бесконечное движение поезда по кругу, как в картине "Комедия строгого режима". Внешнее – лишь смена занавесок и декораций. На смену Средневековья приходит Возрождение.

Герман всегда умел работать с комедийными актерами, которые в его картинах проходили сложную и смелую трансформацию. Они всегда удивляли. Так Андрей Миронов в "Мой друг Иван Лапшин" раскрыл потенциал драматического актера, запомнившись своей самой сложной и трогательной ролью. Подобная история в фильмах Германа неоднократна – Ролан Быков в "Проверках на дорогах", Юрий Никулин в "Двадцать дней без войны". Ярмольник случай куда более уникальный. За эти шесть лет, что длились съемки, актер прошел настоящее испытание. От запрета на сбривание бороды, до конкретной творческой задачи – оставаться в образе. Работа актера в картине "Трудно быть богом" получилась колоссальной. Фактически все три часа фильм держится только на одном Ярмольнике. Остальные персонажи появляются на несколько минут между своими рвотными порывами и фекальными выделениями. Румата Ярмольника – не просто типичный российский или советский интеллигент. Это и есть образ человечества, в его безнадежности и бренности исполнять функции бога.

Фильм Алексея Германа, как и все великие произведения искусства, не имеет временных рамок. Когда режиссер задумывал съемки фильма в 1968 году, советские войска вошли на территорию Чехословакии. Решение о съемках фильма было принято отложить, ведь вмешательство Румата в нейтралитет Арканара зрители могли расценивать, как явный образ событий того времени. И вот спустя почти 50 лет фильм вышел в свет, и как показала жизнь, за эти полвека ничего не изменилось. Герман снимал "Трудно быть богом" еще до событий на Болотной площади, истории с "Пусси Райт" и революцией на Украине. "Трудно быть богом" вторая в истории кинопопытка (очень удачная) после "Королевы Марго" Патриса Шеро показать, что современный мир все еще живет в Средневековье. Религиозные войны, нищета, костры, на которых хотят сжечь иноверных и прочих врагов общества…

Как у всего великого, так и у фильма Германа нет национальной принадлежности. Его премьера состоялась в прошлом году в Риме, где президент фестиваля Марко Мюллер посмертно вручил режиссеру особый приз за вклад в мировое кино. "Трудно быть богом" первый за последнее десятилетие отечественный фильм, одинаково понятый и не понятый как в Европе, так и России. Алексей Герман снял мощный портрет мира, в котором нет будущего - лишь вечное повторение, дежавю. Россия, как старая скрипучая телега, а скорее бурлящий от перенаселения "серых" Арканар. Только в ней Румата нет, вернее нет бога. И пока российские власти вводят войска на Украину, чтобы подобно герою Стругацких выполнить функции бога, фильм Германа останется главным диагнозом человечеству. Только таблеток от этой болезни пока нет. Современной России Путина, видимо просто кажется, что она ведет разговор с обществом и миром. Но наличие разговора – не означает ведение беседы. И тогда перед тобой встает кадр с длинным ослиным членом. И все становится на свои места.

Вячеслав Кондаков



0


Еще в обществе