Один день с... Жан-Лу Лоньоном

Предыстория: "One, two, three, go!" - взмах руки, кивок головой - и понеслось... Когда за дело берется Жан-Лу Лоньон, сцена буквально взрывается: фортепиано, саксофоны, тромбон и барабан - здесь оживает все. Его концертный график настолько плотный, что устроить выступление знаменитого француза не каждому удается. К тому же он сам решает, где, с кем и когда. Жан-Лу Лоньон получил престижные международные призы Джанго Рейнхарта и Бориса Вьяна. Но даже будучи звездой мирового уровня и одним из корифеев джаза, Жан-Лу совершенно лишен "звездной спеси": в его райдере вы никогда не увидите экстравагантных запросов. Ну разве что он обязательно попросит отведать русской водки с селедкой. Ведь для него Россия - это навсегда: она в его сердце еще с детства.

Впервые в Барнаул

В Барнауле Жан-Лу никогда не был. Хотя он прекрасно знаком со многими российскими, в том числе и сибирскими, городами, столица Алтайского края - очередное открытие для известного французского музыканта. На гастрольной карте джазмена отмечены десятки стран, где он уже успел побывать.

Вспоминая страны, где его игру уже знают, Жан-Лу отмечает: "Это только та часть, которую я помню. Это - Россия, Польша, Германия, Англия, Чехословакия, Болгария, Румыния, Италия, бывшая Югославия, Монтенегро, я даже не помню сколько раз я был в Греции, время от времени бываю в Турции, в Израиле, немного побыл в Иордании - всего один вечер, недавно был в Египте, а еще в моем списке США, Бразилия, Мадагаскар..."

Но самая любимая его публика живет в России и Румынии: там слышат музыку и немедленно реагируют на нее. Музыкант это ценит: ведь самое ужасное, говорит, это когда в зале холодное равнодушие.

Сибирское турне для Жан-Лу - особенное. Новосибирск, Томск, Новокузнецк, Барнаул - и в каждом городе новый оркестр. То, что в Барнауле предстоит выступить с оркестром МЧС, даже для видавшего виды Жан-Лу в новинку. Для самого оркестра необычно и то, что репетиция с именитым гостем из Парижа - единственная. Вот уж действительно, когда первое впечатление - решающее.

Экзамен по музыке

Жан-Лу Лоньон в джазе 40 лет. Родившись в семье литературных деятелей и музыкантов, он с детства жил в мире музыки. С самом начале он учился играть на фортепиано, виолончели, но в 15 лет он твердо решил заниматься джазом и освоил игру на трубе.  И уже через несколько месяцев дал свой первый сольный концерт под открытым небом, в парижском летнем саду. Россия впервые услышала о Жан-Лу два года назад. Тогда он был впервые приглашен в Ростов-на-Дону для участия в большом международном фестивале. Хотя идея выступить на российской сцене родилась еще раньше, лет так 5-6 назад. В Петербурге Жан-Лу познакомился  с серьезными джазменами, совместно с которыми было решено сделать что-то в России.

Вообще для Жан-Лу Лоньона не существует понятия "российский" джаз или какой-то другой. Единственный критерий, который отличает оркестры, - хорошая и плохая игра.

"В каждом отдельном музыканте есть что-то особенное. Каждый солист рассказывает свою личную историю. Российские музыканты очень требовательны по отношению к своей собственной работе. Это можно встретить и в Америке, и в Европе, и в Астралии. Эта требовательность была во всех музыкантах, с кем я работал, - подчеркивает джазмен. -  Они очень серьезно относятся ко всему, что они делают.  Невозможно различить какие-то российские, французские или американские оркестры, есть оркестры, которые работают хорошо, а есть оркестры, которые работают плохо".

Французский джазмен всегда подходит к делу с душой. Музыку он чувствует почти кожей. Музыканты барнаульского оркестра и французский "рулевой" - они не говорят на одном языке, да он и не нужен: все написано на лице джазмена. Наконец, репетиция завершена, и экзаменатор с улыбкой заключает:  "Все-таки они сумасшедшие".

Лучшая похвала из уст маэстро.

Жан-Лу: "Мечтаю прокатиться в Барнауле на роликах"

 Перед концертом самое время пройтись по городу. Под теплым барнаульским солнцем Жан-Лу начинает откровенничать.

Оказывается, Россия запала Жан-Лу в душу еще с детства, сегодня он считает ее частью своей жизни.

"Восток очень привлекает меня, очень загадочный, такой туманный, я не знаю, почему он так меня привлекает, я просто это чувствую. Я был покорен русскими людьми, - улыбается Жан-Лу. -  Россия - это очень большая часть моей жизни, музыкальной жизни, личной жизни. А еще, - добавляет парижский гость заговорщическим тоном, - я вам вот что скажу. Я даже пожал руку Юрию Гагарину".

Это случилось 44 года назад. Тогда маленький Жан-Лу попал на национальную выставку в Ле Бурже, авиасалоне Парижа. Представители мировых держав представляли свои авиа и космические достижения на главной французской выставке. и вот именно там 10-летний Лоньон впервые прикоснулся к российской легенде - пожал руку Юрию Гагарину, тоже присутствовавшему в Ле Бурже.

Делясь впечатлениями от увиденного и пережитого, Жан-Лу невольно засмотрелся на окружавший частный сектор. "О! Изба! - француз с неподдельным интересом рассматривал покосившиеся домишки. - Алтай - это просто фантастика! Вы знаете, мне всегда нравилась российская глубинка".

Лоньон признался: будь у него хоть немного свободного времени, он бы непременно провел его в Барнауле... катаясь на роликах.

Женщины - это как игра в русскую рулетку.

Не показать самое романтичное место для жителя самого романтичного города, пожалуй, было бы невозможно. Перед барнаульским Александром Сергеевичем парижанин Жан-Лу не устоял: принялся сразу цитировать то ли "Я вас любил..", то ли "Прекрасное мгновение...", сразу и не разберешь, но если на французском, значит о любви.

Памятник Пушкину в Барнауле давно стал местом паломничества всех молодоженов. В этом убедился и наш гость: едва мы мы появились у памятника, в стороне были замечены белое платье и черный костюм. Сам Жан-Лу даром времени терять не стал: сразу ринулся к машине. За трубой. Чтобы через несколько минут сыграть слегка ошарашенной парочке марш Мендельсона.

Он всегда играл на свадьбах, если есть время, играет и сегодня, но оказаться по ту сторону торжества, на месте жениха, ему так никогда и не довелось.

"Да, я никогда не был женат, у меня нет детей, - вздыхает Лоньон. - Конечно, у меня были серьезные отношения с женщинами. Я даже помню одну из них. Но мы с ней говорили на разных языках, мы были как будто с разных планет. Я не люблю этого, я не могу, когда в отношениях есть какие-то "непонятки". Еще я очень не люблю самовлюбленных женщин. Конечно, не все такие, но есть: для них жизнь заключается в том, чтобы привлекать мужчин вокруг себя. Я этого не люблю. - И улыбнувшись, добавил: -  Знаете, есть такая глупая игра - русская рулетка, где барабан пистолета почти пуст - там только один патрон. Так вот, с женщинами - этот барабан всегда полон.

Праздник, который всегда с ним

В этом году Жан-Лу Лоньон успел сделать много: дать 18 концертов, начать работу над своим официальным сайтом и наконец-то увидеть Алтай. Совсем скоро, после сибирского турне, его жизнь войдет в обычную колею: сон до обеда, работа в студии, концерт и незаменимая прогулка по ночному Парижу. Ну а пока... "One, two, three, go!" - взмах руки, кивок головой - и понеслось... Когда за дело берется Жан-Лу Лоньон, сцена буквально взрывается: фортепиано, саксофоны, тромбон и барабан - здесь оживает все. Жан-Лу "зажигает" в Барнауле: он дирижирует оркестром, играет на фортепиано, трубе и поет. И дарит барнаульцам кусочек праздника, который всегда с ним.
Один день с…